· 

Восстание станицы Суворовской 1918 год.

 

Весна 1918 года на Дону была характерна повсеместными восстаниями Донских казаков против политики центральных властей в виде произвола учреждений советской власти на местах.

Восстания, поднимавшиеся рядовыми казаками, младшим и средним звеном Донского офицерства, позволили в кратчайшие сроки (2,5-3 месяца) восстановить казачью власть почти на всей территории Области Войска Донского, вышвырнув красные банды за её пределы.

Первенство здесь по праву принадлежит Суворовской станице, восстание в которой было первой искрой загоревшегося пожара. Многочисленные «свидетельства» что-то слышавших высокопоставленных повествователей, в дальнейшем создали много путаницы и кривотолков вокруг этих событий. Поэтому вдвойне ценным представляется нижеприводимый материал очевидца и непосредственного участника событий в станице Суворовской Всевеликого Войска Донского – казака Ивана Мельникова.

Конец 1917 года и начало 1918 года были наивысшей точкой революционной температуры, когда и такой крепкий организм, как казачий, надломился, не выдержал и сдал. Дух казачества, под влиянием большевицких лозунгов о мире всего мира, потерял свою сопротивляемость, и яд большевизма широким потоком залил казачьи степи.

Донцы не устояли, не смогли уберечь чистые воды родного Тихого Дона от большевицкой мути, и помутился он сверху донизу. Анархия разлилась по всем станицам и хуторам. Банды всяких Тулаков, Марусей, Щаденко и др. гуляли по привольным степям Дона. Казаки, уверовавши было в большевицкие доктрины, с беспокойством стали следить за всё увеличивающимся разгулом.

В начале 1918 года соввласть, в целях наибольшего укрепления своей власти на местах, приступила к изъятию в станицах и хуторах элементов более или менее активных; т.е. тех казаков, которые своим авторитетом могли явиться тормозом в проведении задач и целей советских верхов.

Казаки в этом увидели нарушение своего суверенитета, что и послужило, главным образом, толчком для противодействия. 2-ой Донской Округ, пересечённый 3-мя железнодорожными линиями, находился в особо неблагоприятных условиях, потому что вблизи находилась провозглашённая первой, – со дня бескровной, – Царицынская самостоятельная республика, претендовавшая на гегемонию на Волге и на Дону. Не полагаясь на боеспособность красных частей Царицынского гарнизона, состоявших главным образом из военнопленных, и не будучи уверены в преданности прибывавших с фронта казачьих частей, красные производили экспедиции в районе железных дорог.

 

Главным же объектом для Царицына служила Окружная станица Нижне-Чирская или просто Чирская, где в январе 1918 года был сформирован добровольческий отряд Мамонтова, ядром которого были учащиеся. Окружная станица давала тон станицам и хуторам, расположенным вне железнодорожных линий, тем более что и сама она была в 15-ти верстах от станции Чир; в 20-х числах января, по распоряжению вершителей судеб Царицына Минина и Ермана, двинулись отряды красной гвардии на станцию Чир, с целью занять и Чирскую, уничтожить отряд Мамонтова и подчинить себе весь округ. С отъездом Окружного атамана, в станице наступило безвластие.

Генерал Мамантов Константин Константинович, гражданская война, Россия, Дон, казаки, казачество, фото казаков, Суворовская, Алимов,
Герой Дона К. К. Мамантов.

 

Собранные наспех представители ближайших станиц выбрали Мамонтова Окружным атаманом; но положение не изменилось. 24 января красные занимают станцию Чир. Принятое накануне решение дать отпор красным выполнено не было, вследствие просьбы представителей станицы уйти с отрядом, дабы не навлечь гнева красных. Не встречая поддержки со стороны казаков, Мамонтов 25 января с отрядом оставил станицу. Сразу же вступили красные, расстрелявши несколько человек. По всему округу пошла установка нового аппарата власти, с предписанием кое-кого арестовать. На местах противодействие проявляли почти все без исключения казаки 6-го Донского казачьего полка.

Установивши власть, отряд красных ушёл. К этому времени приходит в Чирскую 23-й Донской казачий полк во главе с есаулом И., прилагавшим все усилия уложить всё это в казачьи рамки; многого он достиг, не было арестов и расстрелов, но выплыло новое лицо, хорунжий С., того же полка; есаула И. арестовывают и только чудо спасло его и он возвратился из Царицына живым.

С., объявив себя Начштабом в округе, повернул всё вверх дном. Главком Дона Смирнов, станицы Суворовской, отдаёт приказ о мобилизации. Хорунжий С. не замедлил произвести мобилизацию и Суворовцы пришли в Чирскую, послушали митинг, вышвырнули хорунжего С., выступавшего на нём, разодрав ему шинель и, хорошо его помяв, разошлись. Офицеры в это время, как могли, скрывались.

Агитация и всевозможные листовки теперь производили на казаков обратное действие, ибо в них провозглашалось уничтожение казачества с упрёками за его примерную службу старому режиму. Естественно, что когда казаки поняли намерение большевиков, они воспротивились; к тому же стали посылаться карательные отряды по станицам, и уже в конце февраля казаки были ярко-враждебно настроены против красных. Они поддерживали между собою связь и на одном из митингов вынесли даже постановление, что офицеры остаются с казаками – инструкторами.

Будучи совершенно отрезаны от центров, мы питались слухами; сведения проскальзывали о партизанах в Сальских степях, но цифра в нём находившихся была преувеличена.

Были случаи возмущения; 3-ри станицы: Потёмкинская, Нагавская и Верхне-Курмоярская взяли станцию Котельниково, захватили 6-ть орудий, поделили их по станицам, но на ультимативное приказание Царицына, снова их отвезли; в это время они получили из Царицына орехи, станичники шутили, что за орехи продали обратно пушки.

В хуторе Калаче пытается два раза поднять восстание полковник Макаров, но они проваливаются: время изжить большевиков ещё не наступило.

Но вот 18 марта (все даты старого стиля) 1918 года поднялась станица Суворовская. Я позволю себе привести отрывки из «Донской Летописи» (3-й том, стр.22). Г.Янов пишет: «И не выдержало сердце казачье: 18 марта станица Суворовская, по инициативе и под руководством полковника В.В.Разстегаева, первая подняла восстание против соввласти».

Никакой инициативы и руководства В.В.Разстегаевым не могло быть проявлено, ибо он был в Чирской тюрьме, в станице Суворовской никто его не знал, и только на рассвете 19 марта он был Суворовцами при взятии Чирской освобождён.

В целях сохранения истины укажу ещё на неточности там же: «Восставшие послали гонцов к Походному Атаману генералу Попову с просьбой прийти». Посланы были казаки Р-н и К-в не к Походному, про которого ещё у нас не знали, а к Мамонтову, имя которого у всех было на устах.

И, наконец, на стр.23: «С прибытием в станицу Нижне-Чирскую отряда Мамонтова, решившего отделиться от главных сил», и т.д. Мамонтов отделяться не решал, а имел просьбу восставших и приказание Походного.

Итак, 17 марта 1918 года. Тоскливо, на душе что-то скребёт... К вечеру в станицу Суворовскую с горы стали спускаться подводы с вооружённым воинством, начавшим располагаться в центре станицы группами. Начальник карательного отряда товарищ Поляков (бывший кирасир его величества), член обл. ком. Филиппов и член окр. сов. с двумя красными расположились в доме торговца, успевшего скрыться. Сын хозяина дома, офицер, войдя в дом, увидел гостей. Знакомясь и ужиная вместе, товарищ Поляков достаёт предписание об аресте некоторых лиц в станице, в том числе и этого офицера. И, о ужас! – каково было удивление этого офицера, когда в одной из двух подписей он увидел подпись своего друга и сослуживца сотника К., кстати сказать, некоторое время скрывавшегося вместе с ним.

Хозяйка так перепугалась, что не знала, чем и угощать «дорогих гостей». Отлично выпив, товарищ Поляков предлагает офицеру пойти переспать куда-либо, ибо в его собственном доме места для него не оставалось; однако, взял слово на утро к нему прибыть.

В то время как начальство «подкреплялось», в станичное правление стянули кого могли на митинг, приславши присутствовать человек 20 красных, и на сцене, при поддержке «иноземных штыков», появились станичные говоруны... Но, «радио» работало, и через какой-нибудь час всё, что здесь происходило, было известно в хуторе Хлебенском (2-ве версты от Суворовской).

В Хлебенском фронтовики 6-го и 23-го Донских казачьих полков, в свою очередь, собрались обсудить положение, ибо на утро, по распоряжению красных, все фронтовики всех хуторов должны были прибыть в станицу. Хлебенцы собрались: скажи против – арест, да и Царицыном пахнет.

Выхода нет, но вот наконец человек 10 истинных казаков, из наиболее решительных, во главе с И.В.М-м (Атаманского полка), решили обезоружить карательный отряд в Суворовской.

М-в сейчас же набросал постановление об этом и, с надёжным казаком, ночью отправил его по ближайшим хуторам, с просьбой вооружёнными прибыть на утро в хутор Хлебенский. Вот с этого момента и с этого хутора и родилось Суворовское восстание; оно дало толчок для удачной дальнейшей борьбы с красными; оно спасло отряды в степях, чуть было не расплывшиеся, и подняло весь Дон.

Утром 18 марта в Суворовской идёт митинг, а рядом в хуторе Хлебенском сгруппировывается кулак из фронтовиков, причём, до 10 часов утра красные об этом ничего не знали; но на хуторе нашёлся предатель (сын его был в карательном отряде), который сделал донос товарищу Полякову, и Поляков решает ехать на хутор Хлебный, чтобы поговорить лично самому с фронтовиками. На хуторе заметили, что предатель исчез; это нарушило весь план фронтовиков: предполагавшийся захват Суворовской в полдень пришлось ускорить, и фронтовики выступили раньше. Подойдя к станице, они встретили ехавшего к ним товарища Полякова, которого инициатор М. сейчас же арестовал, допросивши его, зачем и почему он пришёл на Дон.

У окраины станицы из отряда было послано два человека на митинг, с требованием о разоружении; часть же конных была послана перерезать пути отступления карательному отряду на Чирскую.

Красные растерялись и стали разбегаться; в это время влетели фронтовики, и пошла рукопашная; часть красных за это утро успела кое-кого пограбить.

В течение четверти часа весь отряд был обезоружен (98 человек с пулемётом и гранатами). Красных заперли в сарай и к вечеру под конвоем отправили в соседнюю станицу Есауловскую, надеясь на её помощь, которую, между прочим, получили много позже.

В станичном правлении, вместо митинга, образовался сбор. Решено было борьбу продолжать. В основу борьбы легло постановление фронтовиков хутора Хлебенского. На должность командующего был выбран Алимов Степан Кон., хорунжий 51-го Донского казачьего полка, арестовать которого красные не успели. Алимов, вызвавши двух офицеров, приказал одному из них написать приказ о вступлении его в командование, о назначении двух помощников и о назначении коменданта Суворовской станицы вахмистра Б-ва.

Одновременно же по его приказанию тем же хорунжим Р. было послано приказание по задонским хуторам: вооружившись, на утро выступить в Чирскую.

В 8 часов вечера, в присутствии всей станицы, был отслужен молебен и отряд тронулся в окружную станицу Нижне-Чирскую.

Колонна растянулась версты на четыре, молча продвигаясь вперёд, поднимая казаков хуторов, расположенных по пути, и имея в своей среде вояк всех возрастов, от мальчиков-внуков до убелённых сединой старых дедов, вооружённых шашками, вилами, кольями и т.п. примитивным «оружием». Подойдя к Чирской часа в два ночи, сделали отдых, во время которого Алимов даёт задачи: хорунжему Р., примерно с 120-150 конными войти в Чирскую, захватить телеграф, телефон, казначейство, выставить конных на выездах из станицы, и освободить заключённых из тюрьмы.

 

казаки на верблюде, фото казаков, дон,
Казаки II Донского округа, Нижнечирской станицы в повозке с верблюдом. Мирные времена до революции 1917.
Геноцид казаков,
Население станицы Суворовской на сайте Википедия.

Прапорщику Б-ву с частью отряда обезоружить небольшой отряд красных, расположенный в клубе. Сам же со всей главной массой казаков (пехота) спускается по Бобровской балке и идёт разоружать главное гнездо красных, расположенных в помещении местной команды. Красные, не ожидая казаков, спали и сразу же были все обезоружены. И здесь первым вскочил в помещение тот же М., захвативши всю пирамиду с винтовками. Удача полная: мы ни одного человека не потеряли.

Через час без шума и стрельбы всё было закончено; сотнику П. даётся задача арестовать весь комитет, большую часть которого он и арестовал, после чего первым занялся организацией пулемётной команды.

На рассвете оставшаяся группа при хорунжем Р. подъехала к тюрьме, немедленно освободив арестованных офицеров и «буржуазию».

Ротмистр М-в, бросаясь к хорунжему со слезами радости, указывает на валявшегося на полу прикрытого шубёнкой старичка и представляет его как подполковника Разстегаева, единственного оказавшегося с нами штаб-офицера.

В числе арестованных были отличные офицеры: есаул Звонарёв, есаул Гульцев и много других; часть из них в первых же боях погибла, другие же разбросаны по белу свету. Живы ли теперь вы, братцы? Помните ли вы, как тогда шли спасать свои очаги и своё правое казачье дело?

Пройдут годы и, собравшись, – Бог даст, – у себя, на пропитанной кровью казачьей земле, мы вспомним вас и отдадим последний долг, погибшим за казачество.

Едва просыпавшейся станице ещё ничего не было известно, и велики были радость и удивление Чирян, когда они узнали о столь счастливом избавлении от красного ига.

По колокольному звону на площади собрано было почти всё население станицы Нижне-Чирской, которое сразу же присоединилось к восставшим, выбравши тут же Окружным Атаманом, пришедшего сюда же прямо из тюрьмы в той же шубёнке В.В.Разстегаева, который, несмотря на преклонные годы и пережитые в тюрьме потрясения, своими словами и воззваниями воодушевил казаков. Из старых писарей сколотили канцелярию и управление, – оно же и штаб, – стало работать.

Трофеями захвата Чирской и склада оружия были 15 пулемётов, свыше 3.000 винтовок разных систем и около 200 тысяч патронов.

Получилась всё же маленькая оплошность: хорунжий Р., оставляя на телеграфе Б-ва, приказал ему к аппаратам ни кого не подпускать, но большевичка-телеграфистка, сидя у аппарата и разговаривая с ним, сообщила о захвате Чирской в Морозовскую; узнал о том и Царицын, но подробностей там ещё не знали...

Арестованный ревком в полном составе препровождён был в тюрьму. Хорунжий С., начальник штаба красных, успел раньше уехать в свой Усть-Медведицкий округ. (Впоследствии его Мамонтов искал, но он как-то сумел улизнуть).

В силу ли дружбы или каких других причин мы даже не арестовывали некоторых офицеров, даже тех, кто было перешёл к большевикам на солидные должности. Мести таким не было и они работали с нами вместе.

В первый же вечер к нам явился ротмистр И.Т.Н-н, фактически вынесший на своих плечах роль начштаба; редакции многих воззваний принадлежали ему, ибо В.В.Разстегаев страшно уставал, да и много первых ночей не спал. Комендантом Чирской назначен был есаул К.

Главная заслуга Разстегаева в тот момент была в том, что он сразу же всеми доступными путями посылал приказы и воззвания с призывом о присоединении к восставшим, об уничтожении совдепов и о восстановлении своей казачьей власти.

 

 

фото казако, расстегаев, разстегаев, донское казачество, казаки Дона,
Растегаев Василий Васильевич

В первый же день разъезд тех же Хлебенцев, высланный в направлении станции Чир, разогнал красных. Царицын всполошился и послал на нас отряд до 3.000 человек. В первом же бою, где Разстегаев вёл цепи стариков, красные были разбиты, взято было свыше 1.000 пленных; здесь, при взятии станции Чир, понесли и мы первые потери. В течение 3-х недель мы не знали неудач и счастье сопутствовало нам, ибо на нас высылалась не масса, а одиночные отряды, которые мы и уничтожали. Геройски вели себя старики.

Было время, когда дети, старики и бабы кольями изгоняли с родной земли чужую нечисть. Можно бы об удали казачьей много привести примеров. Например, одна казачка станицы Суворовской получила Георгиевскую медаль за то, что отбывая у красных повинность по перевозке их войск, схватила винтовку и пятерых из них пригнала в распоряжение нашего отряда. Да, было время... и будет, дух казачий жив, не умер и не может умереть.

Всё командование было сосредоточено в руках Алимова и всеми операциями руководил он. Денег не имели, если не считать взятых от казначея ревкома 70-90 тысяч; довольствовались, что имелось на хуторах и что привозили из домов. Случайно пришедший пароход был задержан, по приказанию Окружного атамана погрузили на него пленных и отправили в Цимлянскую.

Фронт наш растянулся по линии хуторов – вверх от Чирской по реке Чир. Стали появляться сведения о начале восстания в других станицах, прибыла делегация станицы Екатерининской – давал ей инструкции начштаб и Окружной Атаман. Приезжали и Филипповцы, представителю которых дано было несколько пулемётов.

Красные начинают вести бешеные атаки. В то же время из Царицына и Морозовской, с которыми связь по телеграфу прервана не была, – требуют уничтожения власти Окружного Атамана.

Дабы ввести в заблуждение красных, власть Окружного Атамана заменили Окружным советом, с тем же Разстегаевым во главе, указавши на то, что против советской власти не идём, выбираем своих людей, и не желаем иметь присланных, а посему им и предлагаем уйти из округа и не навязывать нам чуждый элемент в комиссары.

Подобные переговоры и уступки сделали наглее красных, и они по аппарату требуют делегацию в Морозовскую к Смирнову.

Выехавшая к ним делегация была ими разъединена, часть казаков-суворовцев задержана; есауловцев они отпустили. Те, возвратясь обратно, вероятно получив обещание и уверения, стали убеждать есауловцев бросить фронт, и большая часть ушла, за исключением казаков двух-трёх хуторов, примкнувших сразу к нам раньше.

Начались митинги, поговаривали о выдаче офицеров, но Суворовцы и Чиряне с Алимовым устояли, ожидая результата посылки гонцов в Сальские степи за Мамонтовым. Задачу они выполнили и привезли ответ от Начштаба В.Сидорина.

Генерал Попов двинулся в станицу Нижне-Курмоярскую, переправившись через Дон. Отряд Мамонтова (2 калмыцкие сотни, офицерский взвод Атаманского полка с одним орудием и 30 снарядами) направился в Чирскую.

Провожаемый три месяца назад с бранью Мамонтов теперь встречался с колокольным звоном, да к приходу его положение становилось критическим: бои всё время шли, потери уже были значительными, пришлось дополнительно мобилизовать стариков станицы Чирской и Суворовской.

Красные прибывали всё в большем количестве, – не только из Царицына; появлялись крупные отряды с Луганска, Шахтной и других мест. Разлив Чира был для нас спасением, громы и молнии по аппарату нас не пугали, но красные, подтянув артиллерию, стали громить хутора и Чирскую. Станица опустела, жители стали разбегаться, драпнул кое-кто и из офицеров, но дальше Суворовской уйти никто не мог, так как их там арестовывали и снова направляли в Чирскую.

К приходу Мамонтова, восставшие имели до 45 пулемётов, свыше 3.000 бойцов, много винтовок, 6 орудий, но у них не было почти патронов.

С приближением отряда Мамонтова, хорунжий Р. посылается с двумя убелёнными сединой стариками от штаба восставших встретить Мамонтова, доложить ему о создавшейся обстановке и настоятельно просить его подействовать на есауловцев.

Встреча происходит верст за 40 от станицы Чирской. Всё ему на пути было доложено, и Мамонтов сейчас же отдал приказание повернуть калмыков в станицу Есауловскую. Калмыки произвели надлежащее воздействие и есауловцы двинулись на фронт.

Таким образом, восставшие в течение 6-ти недель выдержали все бои до подхода Мамонтова, с его же приходом казаки приободрились, настроение у них приподнялось. Власть сосредоточилась в одних руках, и стала успешно производится организация сотен и отрядов с участием прибывших офицеров.

Северные станицы 2-го Донского округа, отрезанные от нас красными, всё с тем же неугомонным полковником Макаровым, в свою очередь, начали подниматься против красных.

Впоследствии Суворовцы образовали свой полк во главе с Алимовым, первая сотня была сотней В.В.Разстегаева.

Алимов в самое короткое время произведён был в есаулы, другие офицеры получили чины, все же казаки-суворовцы произведены в урядники, а подхорунжие в прапорщики.

 

Так зародившаяся в буйных казачьих головах хутора Хлебенского мысль о борьбе с поработителями вылилась в громаднейший пожар на всём Тихом Дону...

Иван Мельников

Статью подготовил 

есаул ВВД А. А. Половцев.


Write a comment

Comments: 1
  • #1

    С Дону (Thursday, 30 July 2020 00:45)

    Спасибо Сергей! Моя историческая родина, прадед по отцу с тех краев, и участник событий 100 пудово.

Сергей Белогвардеец  личный сайт © 2017-2020

Все права защищены. Вся информация, размещенная на данном веб-сайте, предназначена только для персонального пользования и не подлежит дальнейшему воспроизведению и/или распространению в какой-либо форме, иначе как с письменного разрешения  https://belogvardeec.com
Сайт не имеет финансирования, поэтому приветствуется любая финансовая помощь. Связь через контакты сайта.